Печать

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
1 час 1 день 1 неделя 1 месяц Навсегда
Войти

[Pantera]

...И этот дождь закончится, как жизнь...
И наших душ истоптанная местность
с провалами изломов и кривизн
вернется в первозданную безвестность.
Там, в темноте, Предвечная Река
к своим пределам тени предков гонит,
и мечутся, как звери, облака
под взмахами невидимых ладоней,
и дождь, слепой, неумолимый дождь,
питая переполненную сушу,
пророчеством становится, как дрожь
художника, рождающего душу.
...И наши голоса уносит ночь...
Крик памяти сливается с пространством,
с молчанием, со всем, что превозмочь
нельзя ни мятежом, ни постоянством...
Не отнимая руки ото лба,
забудешься в оцепененье смутном,
и сквозь ладони протечет судьба,
как этот дождь, закончившийся утром.

[Pantera]

Оглушенный собственным эхом,
не узнаешь, поди, сколько силы в груди,
то ли ревом ревешь, то ли смехом,
оглушенный собственным эхом,
не заметишь, поди, что трудов посреди
то ли мохом оброс, то ли мехом,
заглушенный собственным эхом,
заглушенный собственным эхом...

[Pantera]

Вкус неба: птица и звезда.
Вкус бытия: звезда и птица
с одной из родственных планет...
Всяк облик поначалу снится,
потом творится. Много лет
душа уламывает тело
отдаться. Медленное дело.
В последний миг придет ответ...
Кто сам себе не удивится,
тому не стоило родиться.
Хоть и под стать велосипед,
не мускулы вращают спицы,
а превращение примет
в действительность...

[Pantera]

Мне дела нет, что миллионы раз
картины небосвода повторялись,
я ухожу за проволоку глаз,
туда, где карты мира потерялись,
я ухожу в Тебя, бездонный мир,
в незримые поля под тонкой кожей,
в иное вещество, в другой эфир,
где все так страшно близко, так похоже,
что не узнать - ни неба, ни себя -
и сны, как птицы, покидают гнезда,
и тайно зреют, взрывами слепя,
поющие невидимые звезды,
я ухожу в Тебя - для бытия
в небывших звуках, я освобождаюсь
для снов Твоих - где, может быть, и я,
неузнанный, в последний раз рождаюсь...

[Pantera]

Душа, не умирай. Душа, питайся болью.
Не погибай, насытиться спеша.
Надежда - злейший враг. Гони ее любовью,
безумием спасай себя, Душа.
Во взлете весь твой смысл,во взлете - и паренье
над суетой - ты крылья сотворишь
из кожи содранной,
и яд стихотворенья
заменит кровь,
и ты заговоришь.

[Pantera]

Блажен покой, когда, закрыв окно
в ненастный день, мы остаемся дома...
В ком нет металла, тем и суждено
пожаловать на склад металлолома,
тех гнут, и мнут, и плавят, как хотят,
пока не отольют искомой формы.
О, сколько нас, уступчивых котят,
пошло на шапки за доступность корма.
А в ком металл - тех можно изломать, но не согнуть.
Пока в избытке глупость,
легко все положенья принимать и засыпать -
но действует упругость.
...Я погибал. Мне выгодный позор
знаком до тонкостей, я им проникся
еще с дошкольных лет,
когда позер во мне уже утюжился и стригся,
успешно выступал во всех ролях,
какие по сценарию давались.
Но зрела тошнота, и на полях
заметки кой-какие появлялись...

[Pantera]

Мы овцы, бараны, бараны мы, овцы –
влекомы, ведомы – такие таковцы,
такая судьба – пастухи нас пасут,
стригут нас и тащат на страшный свой суд.

Да здравствует стрижка и слава стригущим,
и мясо, и шкуру твою стерегущим!
Что скажет собака, твой череп грызя?
Что быть одиноким привыкнуть нельзя.

Да здравствует кнут и да здравствует стадо!
Сомнения есть, но свободы не надо!
Что скажем мы завтра жестокой судьбе?
Мы скажем ей "ме" или скажем ей "бе"?

Бараны мы, овцы мы, овцы, бараны –
равнины и горы, проекты и планы,
а завтра зарежут...Не все ли равно,
когда впереди – Золотое Руно?..

http://www.levi.ru/projects/project.php?category=bipsi&id_position=15

[Татьянка]

Класс!!!!

[Pantera]

Луна личинкой по небу ползет.
Когда она устанет и окуклится,
песчинками зажжется небосвод,
и душный город темнотой обуглится...
Не вспыхнет ни фонарик, ни свеча,
лишь тишины беззвучное рыдание...
И древние старухи, бормоча,
пойдут во сне на первое свидание...
И выйдет на дорогу Исполин.
И вздрогнет город, темнотой оседланный.
Он отряхнет кору песков и глин
и двинется вперед походкой медленной.
И будет шаг бесшумен и тяжел,
и равномерно почвы колыхание,
и будет город каждым этажом
и каждой грудью знать его дыхание...
Не знает свет, не понимает радуга,
как можно обходиться без лица
и для чего ночному стражу надобно
ощупывать уснувшие сердца...
Но я узнал, мне было откровение,
тот исполин в дозоре неспроста:
он гасит сны, он стережет забвение,
чтоб ты не угадал, что ночь пуста...